Первое сентября. Я на клееных ногах иду в институт. Дико реалистично вижу себя со стороны. Высокая, в бронзовой юбке чуть ниже колена, позолоченных сапожках, закутанная тонким шарфом, иду, пытаюсь тянуть время, тону в тине опавших листьев. Голова неясная, дыхание сбивчивое. Природа выжимает последнюю искренность: солнце ещё греет, ветер ещё тёплый. Мимо пробегают нарядные школьники с букетами флоксов и астр. К торжественности примешано томление: 1 сентября реально только по календарю, его нет в настоящем; 1 сентября – праздник завтра, все ждут, всем кажется… Я поднимаюсь по лестнице, в расписании 317 кабинет. Они стоят у окна. Моя группа. Компания, сплочённая на подготовительнх курсах, случаем учившаяся на 2/3 в одной школе. Тяжёлые и разобщённые люди, успевшие ощутить себя звёздной группой, а потому принять друг друга на принципах исключительности. Была ли она в действительности? Как удалось это в день транслировать курсу? Была подчёркнутая внешняя яркость, резонирующая прозаические оставшиеся 9/10 курса. Стечением обстоятельств была во многих резкая индивидульность. В каждом было отторжение к чужой яркости, желание забить её и…кайф быть среди таких… И в каждом была острая боязнь оуказаться вытесненным этими людьми. Я подхожу. Знакомство в полутумане. Мне улыбаются, я улыбаюсь в ответ. Потом собрание прошедших подгот. курсы. Как я узнаю позже, коллоквиум по поводу меня. «Не из Москвы. Ярлык – подружка Джеймса Бонда", за то, что ноги стройные и волосы белые. Вердикт – «а давайте устроим игнор. А потому что нехуй выёбываться» (это, вероятно, про осанку). Потом был ещё общий семинар. И много-много других семинаров, где я в стенку говорила «всем привет», где моё имя не могли запомнить. Я была Жанна и Лариса, но не была собой. Наконец, - вечные перетирания за спиной.Пересуды стиля, гипотезы заинститутской жизни. Псевдодоступность. Псевдотупость. Псевдопохуизм.
|